ИНТЕРВЬЮ С ГРУППОЙ «АБОРДАЖ»
для портала «Тяжелый Металл из России»
о новом альбоме "Спокойная жизнь не для нас",
о воспитании продюссера в своём коллективе и оранжевом настроении, 13.11.2010



— Недавно вышел второй альбом АБОРДАЖА "Спокойная жизнь не для нас". Как изменилось звучание группы?

Андрей Машошин: — Наш второй альбом не такой, как "Адский шторм". По звуку он тяжелее первого, может быть оттого, что мы выровняли ритм-секцию. А по вокалу он такой лайтовый, поющий, летающий.

Денис Бочкарёв: — Мы учли ошибки первого альбома, сделали баланс гитарных и клавишных партий.

— Как бы вы сами охарактеризовали стиль музыки, в котором вы играете?

Андрей Машошин: — Можно назвать heavy power metal, или melodic power metal.

— На новый альбом вошли песни, написанные и в Крыму, и в Петербурге.

Андрей Машошин: — Да, они разных периодов. То, что написано без Стаса — новое. Материал старого АБОРДАЖА ещё не исчерпан, но я сейчас против того, чтобы поднимать эти песни. Команда должна любить своё собственное творчество. Неправильно, когда большинство музыкантов группы играет песни, не ими придуманные. Мне лично такое бы не понравилось.

— На обложке видно, как подлодка выходит из залитой солнцем Севастопольской бухты и сквозь балтийские шторма стремится в Петербург. Что вкладывалось в этот образ?

Андрей Машошин: — У нас на репетиционной базе висит плакат Iron Maiden, на нем изображен самолет. Всем понятная идея: на этом самолете группа Iron Maiden во время тура облетела весь мир, а за штурвалом – Брюс Дикинсон. Я хотел найти такой же простой и всем понятный образ, так пришла идея подлодки. Абордаж родился в крымском поселке, а Севастополь стал для нас родным домом, городом рок-н-ролла. Там мы получили известность, записали демо в студии матросского клуба. А потом команда покинула свою бухту и "всплыла" в хмуром суровом Петербурге, завоевала питерскую рок-сцену и продолжает сражаться за свое место в Питере. Можно добавить, что мы еще и судостроители, строим боевые катера и корабли. А одна песен нового альбома – "Полярный конвой".

— У первого альбома буклет был разворотным при полном отсутствии текстов, но с фотографиями. В этот раз есть тексты, но нет фотографий…

Денис Бочкарёв: — Они друг друга дополняют! (смех)

Андрей Машошин: — Видимо, тогда мы больше любили себя, а теперь зрителей. Что на наши фотографии смотреть?! К тому же не все, кто принимал участие в записи альбома, сейчас выходят на сцену на концертах.

— Почему барабаны записывал Андрей Ищенко, а не тогдашний барабанщик группы Юра Петовраджи?

Андрей Машошин: — Юра не имел студийного опыта, а мы не могли рисковать — второй альбом нам надо было записать лучше, чем первый. Поэтому мы позвали специалиста. Я познакомился с Андреем, ещё когда CITADEL играла вместе с CATHARSIS. С ним очень приятно работать.

— А почему ушел Юра? И откуда появился Иван Ширяев?

Андрей Машошин: — Юра играл с АБОРДАЖЕМ в Крыму, он приехал играть в Питер с воспоминаниями о крымских тусовках и атмосфере праздника. Но Питере все по-другому, все намного сложнее. От музыканта требуется полная отдача, профессиональный подход. Юра это почувствовал и сказал нам, что готов играть в команде только любительски. А Иван Ширяев появился в группе вместе с басистом Ильей Печенюком, они давние друзья, оба из Севастополя. Иван приходил к нам на репетиции, помогал на концертах. В это время он играл на барабанах в какой-то команде, совсем в другом стиле. Когда Юра Петовраджи сказал нам о своих сложностях, я предложил Ивану попробовать поиграть вместе. Так Иван стал нашим барабанщиком.

— Бас на альбоме писал ещё Илья Печенюк, а Алексей записал только бэки. Тогда уже было понятно, что он станет следующим басистом группы?

Алексей Стрельцов: — Когда я ушёл из команды ЭКСЕРГИЯ, ребята пригласили меня пообщаться. Посидели, поговорили, и между делом я рассказал, что лет семь назад был басистом, но с тех пор гитару в руки не брал. Так, дома что-то поигрывал. Тут выяснилось, что у Ильи дома в Крыму какие-то домашние проблемы, и Андрей предложил мне поиграть вместе. На момент записи бэков я уже играл с АБОРДАЖЕМ на концертах в качестве бас—гитариста.

Андрей Машошин: — Когда Алексей пришёл в состав, мне было неважно, на чём он играет. Я хотел, чтобы он был в группе. У него есть энергетика, которой нам давно не хватало. Илья вовремя предупредил нас о своём уходе, и у нас была возможность плавно поменять басиста. Летом в Крыму Илюха выступал с нами на байк-шоу, а Лёха играл здесь в Питере и записывал бэк-вокал. Мне кажется, что когда все работают по максимуму, это сплачивает группу.

— Теперь получается, что в группе есть два вокалиста…

Андрей Машошин: — И я хочу писать третий альбом в два вокала!

— Вадим в группе второй год, но на альбоме его как гитариста практически нет.

Вадим Паршуткин: — На "Спокойной жизни…" я был в основном звукорежиссёром и саунд—продюсером, занимался сведением. Так получилось, что на альбоме много песен крымского периода. Поскольку мы работали на максимальный результат, то не стали делиться партиями, и Андрей сам всё уверенно сыграл. А в песне, написанной мною и Андреем, я задействован в максимальной мере.

Андрей Машошин: — К тому же мы вывели вокальные линии и клавишные партии на такой уровень, что нам показалось, что соло достаточно. Да и зачем делиться энергетикой?! Кто-то, может быть, сыграет лучше меня, но энергетика будет другая. Мне кайфово играть соло!

— Когда Вадим пришёл в группу, сразу предполагалось, что он займётся звукорежиссурой, или эта мысль появилась ближе к записи альбома?

Вадим Паршуткин: — Это не сразу решилось. Мне пришлось доказывать свою точку зрения, свою рентабельность. У нас были разные варианты студии, разные варианты записи. Мы выбирали. И мне надо было доказать, что я смогу записать лучше, качественнее и удобнее.

— Вадим, а ты дипломированный звукорежиссёр или самоучка?

Вадим Паршуткин: — У меня есть только музыкальное образование. Этим летом я поступил на второе высшее в университет кино и телевидения на звукорежиссуру. Но, к сожалению, работе с той музыкой, которая нам интересна и которую мы играем, там не учат. Поэтому приходится заниматься ещё и самообразованием. У меня были прекрасные преподаватели, как в области живой концертной деятельности, так и студийные наставники, которые могли дать больше, чем в официальных структурах.

— У тебя есть идеал продюсера или звукорежиссёра, к которому ты стремишься?

Вадим Паршуткин: — Это Ансси Киппо – звукорежиссёр со студии Astia. Так случилось, что я с ним познакомился и много общаюсь, и он даже что-то подсказывает.

— Прошлый альбом мастерился в Швеции, нынешний – в Германии. Почему группа не пошла по проторенной дороге?

Андрей Машошин: — Мы искали лучшее. Для сравнения сделали несколько пробных вариантов: в Финляндии, Германии, в Москве, Вадим сделал свой вариант. Финский нам не понравился, а германский и Вадима звучали практически один в один. Я думаю, что третий альбом мы никуда не будем отправлять. Да, в Европе хорошо работают, но сейчас и в России достаточно качественной аппаратуры. К тому же самое главное – стадия записи и сведения, это намного важнее, чем мастеринг.

— Многие команды отказываются работать с CD-Maximum. Вы же выпускаете у них уже второй альбом.

Андрей Машошин: — А кто будет штамповать диски? Я что ли, дома? (смех) Нас устраивает, как они работают.

— На дворе кризис носителей. Никто не хочет покупать диски. В чём с вашей точки зрения смысл выпуска альбомов? Может, стоит записывать отдельные песни и выкладывать их в сеть?

Вадим Паршуткин: — Альбом подводит черту под определённым этапом жизни группы.

Андрей Машошин: — Это нужно нам. Мы должны залезть в студию и посмотреть на себя со стороны. Запись альбома — это культура воспитания музыкантов.

— Весной с АБОРДАЖЕМ выступал флейтист Илья Сакмаров. И было полное ощущение, что RUNNING WILD играет каверы KING CRIMSON.

Андрей Машошин: — С Сакмарычем очень приятно работать, но мне кажется, нам не стоило совмещать "Дьяволицу" с флейтой. Наверно, лучше было бы сыграть "Героя" в акустике и с перкуссией.

— На презентации пара песен, в том числе и "Дьяволица", прозвучала в акустике. Стоит ли ждать продолжения?

Алексей Стрельцов: — Было бы неплохо сыграть акустический сет, как это традиционно делается: с акустическим басом, двумя акустиками, с игрой слайдами… Это было бы замечательно! Недавно мы играли на репетиции заглавную песню альбома в стиле рэгги. Очень забавно получилось.

Андрей Машошин: — Есть желание записать в акустике несколько вещей. А то многие удивились, почему в альбом не вошла акустическая баллада "Прощай".

— На каждом альбоме есть по одной модерново звучащей вещи. На первом это был "Ворон", на втором – "Мне можно верить". Эта традиция и дальше будет продолжаться?

Андрей Машошин: — "Мне можно верить" была написана в те же времена, что и "Ворон". Нам тогда захотелось альтернативы.

Денис Бочкарёв: — Думаю, эта традиция будет продолжаться, но одной альтернативой ограничиваться не будем.

— "Прощай" была отложена до лучших времён, "Феанор" остался у KRONWERKа. А почему на альбом не вошёл "Ещё одни день"?

Денис Бочкарёв: — Redestruct Music попросил нас сделать для их сборника песню, которая не войдёт на альбом.

Андрей Машошин: — К тому же у нас в тот момент формировался новый состав, и нам хотелось сыграться через студийную работу.

— Уж не любовь ли к MOTLEY CRUE приводит к тому, что вы выходите на сцену то в гриме, то в сапогах до колен и весёленьких костюмах?

Вадим Паршуткин: — Это просто имидж.

Денис Бочкарёв: — Мы одеваемся под свой стиль музыки, под настроение.

Алексей Стрельцов: — На нашей сцене всё настолько однообразно в плане стиля! А мы сейчас ищем свою определённую фишку.

Андрей Машошин: — Мало позитива, в плане оранжевого чего-то… (всеобщий смех)

— То есть, придя в какой-то момент на концерт АБОРДАЖА, можно будет увидеть группу в оранжевом прикиде?

Денис Бочкарёв: — Не исключено…

Алексей Стрельцов: — Не до такой же степени!

Андрей Машошин: — Будут платить, будем бегать и в оранжевом (смех). У нас очень позитивный состав, хочется играть что—то весёлое, а не гнетущее. Последние несколько концертов мы начали малеваться. Но это не какой—то специальный сценический образ, это спонтанное.

Алексей Стрельцов: — В нашем нынешнем настроении присутствует светлый рок-н-ролл! В первую очередь мы ловим кайф от самих себя на сцене.

— Довольно часто играя в "Арктике", вы не боитесь перекормить публику?

Андрей Машошин: — Нет. Тот, кто хорошо играет, никогда публику не перекормит. А мы, видимо, ещё плохо играем. У нас был развал состава, и мы заново собрались.

Иван Ширяев: — Сейчас идёт презентация альбома. Нам важно донести материал до людей и прокачать себя.

— В каком направлении АБОРДАЖ двинется дальше?

Андрей Машошин: — Я знаю, что наш третий альбом будет не такой, как первые два. Хэви – это здорово, мы никогда не уйдём от хэви, но нужно идти с молодёжью. Что они требуют…

— А что они требуют?<

Андрей Машошин: — Они требуют секса! (смех)

— Андрей, в прошлый раз ты рассказывал, как ухаживать за хайром. Может случиться что—то такое, чтобы ты постригся?

Андрей Машошин: (смеётся) — Ни за что! Я лучше буду спотыкаться о волосы! Но даже если стану лысым, всё равно буду головой махать!

Интервью — Виталий Куликов и Александр "Alexx-Off" Молодяков.
Опубликовано 11.02.2011 на www.metalrus.ru